Минюст пообещал назвать рэп‑исполнителей, уличённых в пропаганде наркотиков и насилия

Заместитель министра юстиции Олег Свириденко заявил, что в ближайшее время ведомство планирует обнародовать имена отечественных рэп‑исполнителей, чьи тексты по оценке Минюста содержат пропаганду наркотиков, насилия и «отрицание морально‑нравственных устоев». По его словам, основная часть проблем сосредоточена в рэп‑индустрии, публикация может состояться в 2026–2027 годах.

О чём именно говорят в ведомстве

Представитель министерства подчеркнул, что речь идёт не о жанре как таковом, а о «системе контента», где деструктивные действия подаются как норма. По мнению ведомства, такой контент негативно влияет на общественное сознание и снижает способность людей критически оценивать информацию.

Изменения в законе и возможная ответственность

С 1 марта 2026 года вступили в силу поправки, расширяющие понятие «пропаганды наркотиков». Теперь под запрет попадают не только открытые призывы и оправдание, но и «романтизация», нейтральное упоминание, а также описание способов изготовления и употребления запрещённых веществ. За нарушение предусмотрена уголовная ответственность — до двух лет лишения свободы, поэтому исполнителям и лейблам приходится редактировать тексты, чтобы снизить риски.

Как отреагировали музыканты и платформы

В ответ на ужесточение законодательства артисты и лейблы массово удаляют треки с российских стриминговых платформ или редактируют тексты: спорные фразы заменяют паузами, мемами, омофонами или нейтральными словами. Сообщается, что с площадок уже исчезли тысячи композиций, а в ещё большем числе песен изменены отдельные строки.

• У ряда треков — пропуски вместо слов.
• У покойного исполнителя названия веществ заменяют звуковыми эффектами.
• Некоторые артистов превращают упоминания о наркотиках в абсурдные или нейтральные образы — например, «кекс, компотики».
• Группы удаляют целые альбомы и планируют вернуть их после правок.

Юристы в сфере медиа отмечают, что редактирование текстов становится вынужденной мерой для снижения юридических рисков, но при этом для исполнителей задача сохранить художественную ценность композиций оказывается сложной.