Госдума одобрила поправки о «специальной» регистрации судов и ограничении доступа к данным о владельцах

Поправки вводят специальный порядок регистрации морских и речных судов с возможностью ограничить доступ к сведениям о владельцах — аналитики считают, что это может облегчить сокрытие «теневого флота» и усложнить работу санкционных органов.

Депутаты Государственной думы во вторник, 26 мая, в окончательном чтении одобрили законопроект о санации банков. Во время подготовки ко второму чтению в документ была внесена поправка, предусматривающая специальный порядок государственной регистрации судов и возможность ограничить доступ к информации об их владельцах.

Законопроект был внесён в нижнюю палату в середине января; соответствующая поправка появилась 21 мая.

Что предлагает поправка

Поправки предусматривают внесение изменений в закон «О мерах воздействия (противодействия) на недружественные действия иностранных государств». Для морских, речных и судов смешанного плавания вводится «специальный» порядок государственной регистрации.

  • возможное освобождение от отдельных требований по документообороту;
  • изменения в порядке найма экипажей;
  • ограничения в применении правил каботажа;
  • ограничение доступа к сведениям о юридических лицах — владельцах судов.

По оценкам независимых аналитиков, такие изменения могут служить для сокрытия информации о конечных владельцах так называемого «теневого флота». Это затруднит работу органов, занимающихся санкциями, и создаст дополнительные риски для российских частных компаний из‑за угрозы вторичных санкций.

Примеры и контекст

Хотя значительная часть флота, используемого для обхода ограничений, регистрируется в иностранных юрисдикциях, некоторые суда имеют российскую регистрацию. Так, в январе танкер «Прогресс» потерял управление в Средиземном море; примерно тогда же судно Bella 1 сменило регистрацию на российскую, а позже, под другим названием, было захвачено.

Кроме того, в законопроект ко второму чтению включён пункт о «выморочном имуществе» — наследстве, оставшемся после смерти человека, у которого нет наследников ни по закону, ни по завещанию.