Центральный банк России сообщает, что возможности для дальнейшего снижения ключевой ставки сократились, а на среднесрочном горизонте может потребоваться повышение прогнозной траектории ставки.
Почему пространство для снижения уменьшилось
Регулятор по итогам заседания 19 июня принял решение снизить ставку до 14,25%. В резюме обсуждения отмечается, что проинфляционные риски возросли из‑за более мягкой бюджетной политики и усиления топливного кризиса.
С середины мая ускорился рост цен на моторное топливо. Бензин и дизель входят в потребительскую корзину, поэтому их подорожание напрямую влияет на инфляцию и может переноситься в цены других товаров и услуг через транспортные и производственные издержки.
Кроме того, повышение цен на топливо способно влиять на инфляционные ожидания населения и компаний, что может дать вторичные эффекты и отразиться на показателях устойчивой инфляции.
Обсуждавшиеся варианты и влияние бюджета
В резюме говорится, что более значительный бюджетный импульс в 2026–2028 годах, чем ожидалось, также сокращает пространство для снижения ставки. На июньском заседании рассматривались разные варианты сигнала — пауза, снижение на 25 или 50 б.п.; в итоге была выбрана умеренно мягкая формулировка без указания направления дальнейших шагов.
ЦБ отмечал, что сохранение ставки могло бы усилить риск избыточного охлаждения экономики и отклонения инфляции вниз от целевого уровня.
Прогнозы и состояние экономики
Все участники июньского заседания согласились, что на среднесрочном горизонте может потребоваться более высокая траектория ставки. Вслед за этим аналитики повысили ожидания по ключевой ставке: на конец 2026 года — до примерно 13%, на конец 2027 года — до порядка 11%.
- Инвестиционная активность во 2‑м квартале несколько увеличилась после падения в 1‑м квартале.
- Доля проблемных кредитов остается около 4%; у крупных компаний с начала 2025 года наблюдается небольшое снижение.
- Снижение ключевой ставки уменьшает процентные расходы компаний и поддерживает их устойчивость.
Регулятор подчеркнул, что дальнейшие решения по денежно‑кредитной политике будут зависеть от развития ситуации на топливном рынке и оценки масштаба вторичных эффектов.
