Американская компания Palantir, поставляющая программное обеспечение для армии и иммиграционных служб США, опубликовала манифест из 22 пунктов, в котором изложила свою концепцию «новой эры сдерживания» на основе искусственного интеллекта.
Текст манифеста был размещен 18 апреля в аккаунте компании в соцсети X с пояснением, что это краткое изложение книги гендиректора и сооснователя Алекса Карпа «The Technological Republic» («Технологическая республика»), написанной в соавторстве с руководителем по корпоративным вопросам Николасом Замиской. Книга вышла в 2025 году и, по словам авторов, должна стать началом формулирования теоретических оснований для деятельности компании.
Основные тезисы манифеста: от роли Кремниевой долины до «эры ИИ»
1. Кремниевая долина, по мысли авторов, находится в моральном долгу перед государством, которое обеспечило её стремительное развитие. Инженерная элита должна нести прямую ответственность за участие в обороне страны.
2. Авторы призывают «восстать против тирании приложений». Они задаются вопросом, не стал ли iPhone высшим цивилизационным достижением, которое одновременно с этим ограничивает наше представление о возможном.
3. «Бесплатной электронной почты недостаточно»: упадок культуры или элит, по их мнению, можно простить лишь в том случае, если общество всё еще обеспечивает экономический рост и безопасность.
4. «Мягкая сила» и риторика оказались ограниченными: свободные демократии, считают авторы, нуждаются в «жесткой силе», которая в XXI веке будет основываться на программном обеспечении.
5. Дискуссия об оружии на основе ИИ, по их формулировке, не о том, появится ли оно, а о том, кто и с какими целями его создаст. Противники, уверены авторы, не станут тратить время на публичные дебаты, а просто начнут действовать.
6. Служба в армии предлагается как всеобщая обязанность. Обществу, по мнению составителей текста, следует задуматься об отказе от полностью добровольной армии и вступать в будущие войны только при условии, что риск и издержки разделяются всеми.
7. Если военнослужащие требуют лучшее оружие, его нужно создавать — это относится и к программному обеспечению. При этом, по мнению авторов, дебаты о допустимости военных операций за рубежом не должны подрывать поддержку людей, направленных в зону риска.
8. Государственные служащие, отмечают они, не обязаны быть «жрецами», а уровень их оплаты в США настолько низок, что аналогичный бизнес в частном секторе вряд ли выжил бы.
9. К тем, кто выбирает публичную политику, предлагается относиться снисходительнее: исчезновение пространства для прощения и терпимости к противоречивости человеческой натуры, по их мысли, может привести к появлению лидеров, о которых общество впоследствии пожалеет.
10. «Психологизация» политики, когда люди ищут в ней смысл жизни и самоидентификацию, проецируя свои внутренние переживания на незнакомых политиков, по мнению авторов, уводит дискуссию в сторону и приводит к разочарованию.
11. Общество, как утверждается в тексте, слишком торопится уничтожать оппонентов и злорадствовать. Победа над противником должна быть поводом для паузы, а не для празднования.
12. Авторы заявляют, что «атомный век заканчивается» и что эпоху ядерного сдерживания сменяет новая эра, основанная на ИИ.
13. Ни одно государство, по их утверждению, не продвигало прогрессивные ценности сильнее, чем США. Страна далека от совершенства, но, как говорится в тексте, именно здесь для людей без наследственных привилегий возможностей больше, чем где‑либо ещё.
14. Американская военная и политическая мощь, утверждают авторы, обеспечила почти век без прямых войн великих держав — три поколения людей не видели мировой войны.
15. Послевоенное «обезвреживание» Германии и Японии предлагается пересмотреть. Слабость Германии, как говорится в манифесте, стала чрезмерной реакцией, а пацифизм Японии может изменить баланс сил в Азии.
16. Отдельно хвалятся предприниматели, пытающиеся создавать крупные проекты там, где рынок оказался бессилен. Культура, по мнению авторов, насмехается над масштабными амбициями Илона Маска, ожидая от миллиардеров лишь личного обогащения и игнорируя общественную ценность их проектов.
17. Кремниевой долине, считают авторы, следует активнее участвовать в борьбе с насильственной преступностью, тогда как многие политики предпочитают избегать этой темы и не идут на риск ради спасения жизней.
18. Навязчивое вмешательство в частную жизнь публичных фигур, по тексту, отталкивает талантливых людей от государственной службы и делает публичную сферу настолько нетерпимой, что во власти остаются малопродуктивные и пустые фигуры.
19. Осторожность в публичной речи, культивируемая самим обществом, описывается как разрушительная: те, кто никогда не говорит «ничего неправильного», часто вообще ничего не говорит по существу.
20. Авторы призывают противостоять нетерпимости к религии в среде части элит, считая её признаком того, что их политический проект на деле менее открыт и плюралистичен, чем заявляется.
21. В одном из самых спорных пунктов говорится, что некоторое уравнивание всех культур стало догмой, запрещающей критику и оценочные суждения. При этом утверждается, что одни культуры и субкультуры создают «чудеса», а другие оказываются посредственными, регрессивными или даже вредными.
22. Авторы выступают против «поверхностного и пустого плюрализма». По их мнению, на протяжении десятилетий на Западе избегали чёткого определения национальной культуры во имя инклюзивности, не отвечая на вопрос, вокруг чего именно эта инклюзивность должна формироваться.
Искусственный интеллект, война и «иерархия культур»
В манифесте подробно затрагивается тема военного применения искусственного интеллекта. Авторы подчеркивают, что противники США не будут тратить время на публичные споры о допустимости создания критически важного оружия на базе ИИ, а просто займутся его разработкой. Это, по их замыслу, должно оправдывать ускоренное внедрение подобных технологий в интересах армии и национальной безопасности.
Не меньше споров вызвал пункт о культурах. В тексте утверждается, что современная западная догма уравнивает все культуры и фактически блокирует критику, хотя в реальности одни культурные практики якобы демонстрируют выдающиеся результаты, а другие — регрессивны и вредны.
Реакция: обвинения в технофашизме и отсылки к ультраправой риторике
Публикация перечня вызвала широкий резонанс в технологической среде и СМИ. Ряд аналитических изданий обратил внимание на пункт о возобновлении обязательного призыва в США, отмененного после войны во Вьетнаме, и на идеи о превосходстве одних культур над другими. Комментаторы связывают эти тезисы с риторикой правых и ультраправых движений о «ценности западных культур» и критике культурной инклюзивности и плюрализма.
Бельгийский философ технологий Марк Коэкелберг, преподающий в Венском университете, назвал этот текст примером «технофашизма».
Руководитель расследовательского медиапроекта Bellingcat Элиот Хиггинс, комментируя рассуждения о «иерархии культур», предупредил, что принятие подобной логики фактически легитимизирует использование разных стандартов проверки в отношении разных стран и социальных групп. Формально процедура контроля может сохраняться, но её демократическая функция, по его оценке, исчезает.
Хиггинс подчеркнул, что важно помнить, кто именно формулирует подобные принципы. Palantir зарабатывает на поставках программного обеспечения для оборонных и миграционных ведомств, поэтому, по его словам, эти 22 пункта представляют собой не абстрактную философию, а публично заявленную идеологию компании, чья выручка зависит от продвигаемой ею политической повестки.
Британские опасения: контракты с Palantir под вопросом
Резонанс вокруг манифеста дошёл и до Великобритании, где часть политиков выразила сомнения в целесообразности крупных госконтрактов с Palantir. Компания уже получила контракты в Великобритании более чем на 500 миллионов фунтов, включая соглашение примерно на 330 миллионов фунтов с Национальной службой здравоохранения.
Член британского парламента Мартин Ригли охарактеризовал манифест, сочетающий поддержку государственной слежки с применением ИИ и идею всеобщей воинской повинности в США, как «либо пародию на фильм о Робокопе, либо тревожную нарциссическую тираду».
Депутат лейбористской партии Рэйчел Маскелл, ранее работавшая в системе здравоохранения, назвала публикацию манифеста «весьма тревожным сигналом». По её мнению, компания явно стремится занять ключевую позицию в грядущей «технологической революции в сфере обороны». Если, как считает Маскелл, такая структура пытается диктовать политический курс и определять направления инвестиций, её уже трудно рассматривать как обычного разработчика ИТ‑решений.
